Бейкер Тилли Россия

Офисы Запрос World

Отправить запрос

E-mail Офисы World

Организатор:
Национальный Банковский Журнал (NBJ) при содействии Ассоциации российских банков. При содействии Союза «Торгово-промышленная палата Республики Татарстан».

Генеральный партнер круглого стола:
компания «Бейкер Тилли Россия»

Выступающие и модераторы: партнер компании «Бейкер Тилли Россия» Александр ИВАНОВ; директор департамента аудита компании «Бейкер Тилли Россия» Максим ДЕЕВ; директор направления «Корпоративные финансы» компании «Бейкер Тилли Россия» Денис ЖИВЧИКОВ; генеральный директор Национального Банковского Журнала Елена ЕЛИСЕЕНКОВА; главный редактор Национального Банковского Журнала Анастасия СКОГОРЕВА.

Среди активных участников круглого стола были: финансовый директор АКБ «Проинвестбанк» Елена АРДАШЕВА; начальник управления кредитования и операций на финансовых рынках АО «Банк Заречье» Ольга АСЛАНЯН; ведущий специалист отдела контроля и отчетности ПАО «Тимер Банк» Резеда АБДРАХМАНОВА; начальник отдела «Кредитная администрация» АО «ИК Банк» Гузалия АКБАТЫРОВА; руководитель группы отчетности по МСФО ООО Банк «Аверс» Альбина АХМЕТЗЯНОВА; руководитель службы внутреннего аудита банка «Йошкар-Ола» Зоя АХМЕТОВА; начальник отдела сопровождения кредитных операций ООО КБЭР «БАНК КАЗАНИ» Эльвира БАЗГУТДИНОВА; главный бухгалтер АО КБ «Ассоциация» Виктория БОЛЬШАКОВА; начальник отдела оценки рисков АБ «Девон-Кредит» Фарида ГИЛЯЗОВА; заместитель начальника управления активно-пассивных операций Банка «Йошкар-Ола» Денис ЕГОРОВ; старший специалист отдела отчетности ПАО «НИКО-БАНК» Марина ЛЯШЕНКОи другие.

NBJ: Переход на Международный стандарт финансовой отчетности МСФО (IFRS) 9 – очень многоплановая тема, которой Национальный Банковский Журнал (NBJ) посвятил и круглый стол, состоявшийся в июне этого года в Москве, и главную тему сентябрьского номера. Мы понимаем, что вряд ли нам даже с учетом этих форматов удалось раскрыть все аспекты данной темы, и на сегодняшнем мероприятии мы планируем снова вернуться к ее обсуждению. Конечно, лучше нас знают все особенности и нюансы МСФО 9 те, кто непосредственно занимается внедрением этого стандарта в банках. Поэтому мы просим рассказать об этом партнера компании «Бейкер Тилли Россия» Александра Иванова.

А. ИВАНОВ: По нашим наблюдениям, именно тема внедрения стандарта МСФО (IFRS) 9 является сейчас одной из самых обсуждаемых, за исключением только лишь планового или внепланового сокращения количества банков. Это связано с тем, что данный стандарт затрагивает не только вопрос изменения учетной политики банков и отражения результатов их деятельности в финансовой отчетности. Речь идет о структурных, во многом даже революционных изменениях, которые предстоят нашему банковскому сектору. Очевидно, например, что изменится формат и характер взаимодействия между различными подразделениями в организациях. Поэтому эксперты справедливо предупреждают, что переход на этот стандарт должен осуществляться последовательно и продуманно. Если совершать его в спешке, то можно очень многое потерять, в том числе и в стоимости бизнеса. 

Следует понимать, что эти изменения наступят не только потому, что МСФО 9 напрямую будет отражаться на объемах начисления резервов, что, конечно же, немаловажно для банковских организаций. Это будет иметь последствия и с точки зрения давления на капитал. Так показывает практика тех банков, которые уже начали процесс этого перехода. И, как я уже сказал, очень плотным должно быть взаимодействие между такими подразделениями, как риск-менеджмент, бухгалтерия, аналитический департамент и т.д. Классификация активов, которую предусматривает этот стандарт, должна выстраиваться на основе бизнес-модели, вытекающей из стратегии, которой придерживается банк. Очевидно, что невозможно будет постоянно менять бизнес-модель для того, чтобы скорректировать класс того или иного актива.

И, конечно же, тут сразу возникает вопрос о том, что в банке не может быть двух параллельных систем: одна – для финансовой отчетности, вторая – для управления рисками при выдаче кредитов. Не может быть и двух скоринговых систем. Иными словами, возникает некая цепочка взаимосвязей, изменений, которые необходимо будет вносить в привычную картину деятельности организаций.
Я думаю, всем нам важно понимать, почему в принципе появился на свет этот стандарт. Фактором, породившим его, стал кризис 2007–2008 годов. Тогда всем стало понятно, что существовавшая система резервов не отвечает новым вызовам. Вы наверняка помните, что расхожей докризисной практикой было начисление резервов на основании исторических данных, а доначисление производилось только после того, как происходило какое-то событие, влиявшее на качество актива. Такая система работала, но только в том случае, когда это происходило локально, а не валообразно и в очень быстром темпе, что было характерным для кризиса. Соответственно, был сделан вывод, что при начислении резервов должны учитываться прогнозные и макроэкономические показатели, должен быть в целом разработан более консервативный подход, который позволит начислять резервы с опережением, а не реагируя на уже произошедшие события. С учетом этого, конечно же, мы планируем поговорить о методологии начисления резервов, о том, какими должны быть этапы перехода на этот стандарт, а также о других вопросах, которые будут важными и актуальными для участников банковской системы.

М. ДЕЕВ: Я хотел бы начать свое выступление со сравнения нового стандарта с тем, что действовал до него, хотя само определение «новый», на мой взгляд, грешит неточностью. На самом деле на его создание, как справедливо заметил Александр (Иванов. – Прим. ред.), действительно сильно повлиял кризис, случившийся в 2007–2008 годах. В результате этого многие крупные банки были вынуждены уйти с рынка, и одной из главных причин их ухода была недостаточность капитала этих организаций. По сути, резервы формировались с временным лагом. Была предложена новая концепция, в соответствии с которой от схемы резервирования на основании уже имеющихся убытков предлагалось перейти к модели с прогнозируемыми убытками. 

Что это означает на практике? В первую очередь, резервы должны формироваться не только на основании тех данных, которыми располагает конкретный банк и банковская сфера в целом, но и на основе обязательного анализа прогнозных макро- и микроэкономических значений, отраслевых показателей и т.д. Следует оценивать, как они могут повлиять на качество тех или иных финансовых активов, на риски, сопряженные с ними. Сам стандарт был сформирован в 2014 году, в 2015 году Базельский комитет дал свои рекомендации национальным регуляторам по его внедрению. По моему мнению, наш национальный регулятор в лице Банка России не столь активен в процессе информирования банковского сообщества о новом стандарте и последствиях его внедрения, но вполне возможно, что на предстоящих форумах эта ситуация изменится в лучшую сторону. Во всяком случае, мы надеемся на это, потому что речь действительно идет об очень важном вопросе для всех банков, независимо от их размера, занимаемой ими доли в банковской сфере и т.д. Тем более что именно ЦБ РФ, будучи регулятором, возможно, будет требовать от банков защиты тех моделей, которые финансово-кредитные организации будут принимать для того, чтобы рассчитать новый размер резервов. 

Что касается сроков, то следует отдавать себе отчет в том, что новый стандарт вступает в силу совсем скоро – с 1 января 2018 года. Здесь необходимо отметить следующее. Банки должны ответить себе на вопрос, в какой отчетности они отразят этот стандарт. Законодательство в этом вопросе изменилось, Банк России теперь требует, чтобы финансово-кредитные организации в обязательном порядке предоставляли полугодовую отчетность по МСФО. Пока она не требует аудиторского заключения, но начиная с первого полугодия следующего года аудиторская или обзорная проверка отчетности будут обязательными. Получается, что запас времени, которым располагают банки для подготовки такой отчетности, сокращается вдвое. Еще сложнее финансово-кредитным организациям, входящим в группы, которые готовят ежеквартальную отчетность по МСФО. Они должны будут подготовить такую отчетность не за первое полугодие, а за первый квартал следующего года. 

В чем суть МСФО 9? Можно выделить три основных блока. Первым является классификация и оценка финансовых активов и обязательств. Второй представляет собой  методология, которая направлена в большей степени на оценку ожидаемых кредитных убытков. Этот блок является фактически основой стандарта, и мы предлагаем сконцентрировать внимание как раз на нем. Ведь что есть стандартный банк? Это прежде всего кредитный портфель, поэтому наибольшая часть неопределенности лежит как раз в этой плоскости. И третьим блоком является хеджирование. Новый стандарт попытался сблизить риск-менеджмент в банке с учетом. Многие специалисты считают, что здесь были внесены упрощения, призванные облегчить жизнь компаний, хотя этот вопрос остается спорным. Как и в МСФО 39, хеджирование в МСФО 9 остается добровольным, и серьезных изменений в этом вопросе как раз нет.

Итак, по поводу классификации. МСФО 9 вводит новые подходы к классификации финансовых активов. По сути своей они, возможно, не очень сильно отличаются от тех, которых банки придерживаются сейчас в плане признания и последующей оценки. Но для того, чтобы правильно классифицировать тот или иной инструмент, финансово-кредитным организациям необходимо проанализировать бизнес-модель, в рамках которой он был приобретен, и ожидаемые денежные потоки от него. В рамках имеющейся стратегии банку необходимо будет объяснить, для чего он вкладывает средства в тот или иной инструмент, какие цели он при этом преследует и с помощью каких шагов он будет достигать поставленных целей. Например, он ставит перед собой задачу нарастить кредитный портфель за 3–5 лет до определенного уровня. Ставится вопрос – каким образом он будет достигать этого показателя, за счет каких средств? Какими будут основные денежные потоки, какую роль будут играть ценные бумаги, облигации, иные активы и т.д. 39-й стандарт больше был основан на правилах, 9-й – на принципах во всем, что касается классификации и оценки. 
Основным отличием этих двух стандартов является подход к расчету обесценения. 39-й стандарт предусматривает расчет обесценения на основе уже состоявшихся убытков, тогда как новый стандарт требует делать это на основе ожидаемых кредитных убытков. Новый стандарт говорит нам, что ситуация у самого заемщика может не измениться, но картина на рынке может сложиться так, что возникнут определенные ожидания, которые необходимо учитывать при обесценении. 

Еще немного теории обесценения. Новый стандарт вводит три этапа для оценки. В момент выдачи кредита или приобретения инструмента оценивается вероятность дефолта на срок всей жизни кредита/инструмента и на протяжении следующих 12 месяцев. На данном этапе резерв формируется минимальный, принимая во внимание вероятность дефолта только в течение ближайших 12 месяцев. Наступает следующий отчетный период, и банк для себя проводит оценку, произошло ли существенное изменение кредитного риска или нет. При этом важно отметить, что стандарт не прописывает, что в данном случае следует считать существенным изменением. Каждый банк должен определить это сам для себя. Критики нового стандарта говорят в связи с этим, что возникает слишком много неопределенности, оценки разных игроков одних и тех же событий могут не совпадать. На втором этапе, если риск существенно не изменился, мы возвращаемся к первому подходу. Если же произошло существенное увеличение кредитного риска по сравнению с первоначальным, то при расчете резерва принимается вероятность дефолта уже не в течение следующих 12 месяцев, а в течение всей жизни инструмента. На третьем этапе мы говорим о том, что имеют место события, которые уже привели к дефолту заемщика/инструмента. Здесь,  в принципе, резерв считается так же, как и на втором этапе, с той лишь разницей, что иначе рассчитывается процентный доход. 

А. ИВАНОВ: Еще раз я хочу привлечь ваше внимание к вопросу, что значит оценка активов, основанная на модели ожидаемых убытков, с практической точки зрения. Это означает, что банк должен проанализировать свои исторические данные, чтобы понять, с портфелем какого качества он работает. Нам очень часто задают вопрос: что будет с резервами при переходе на новый стандарт отчетности? Существуют предположения, что они увеличатся. Насколько? Отвечаю: это будет напрямую зависеть от качества портфеля. Почему они увеличатся? Потому что растет доля неопределенности как раз за счет внесения в формулу расчета прогнозных ожиданий. Как мне кажется, в России не было еще официальных исследований на тему, каким конкретно может быть увеличение. А в Европе уже озвучиваются цифры от 20% до 30%. Понятно, что у каждого банка выйдет своя цифра, но разброс показателей, скорее всего, будет примерно таким. 

Что касается понятия «ожидаемые кредитные убытки», которое вводится новым стандартом, то, по сути, речь идет о приведенной стоимости всех ожидаемых сумм «недобора» денежных средств. То есть у банка должно быть несколько сценариев того, как заемщик будет погашать тело долга плюс проценты. Их не обязательно должно быть много, но как минимум два должны существовать. Первый сценарий – это контрактное обслуживание долга, то есть исключительно денежный поток, который банк получает по кредитному договору с заемщиком. Иные сценарии связаны с вероятностью возникновения дефолта, и в данном случае должен производиться прогнозный расчет, какой поток денежных средств банк реально сможет взыскать. Можно спрогнозировать в этом контексте полное получение суммы, например, в случае реализации залогового имущества, и тут уже, естественно, возникает вопрос о качестве залога. Или спрогнозировать, что полностью денежные средства не будут возвращены, и с учетом этого и должно рассчитываться резервирование под данный долг. 

Очень важным моментом является вопрос, произошло ли существенное увеличение риска дефолта или нет в силу определенных событий. При определении того, какие события являются существенными, во внимание должен приниматься такой показатель, как абсолютная величина дефолта. 

Д. ЖИВЧИКОВ: Я как раз отвечаю в компании «Бейкер Тилли Россия» за разработку моделей оценки вероятности дефолта. Как уже было сказано, новый стандарт ужесточил требования к формулированию и защите данных моделей, и, по нашему опыту, можно предположить, что именно с выполнением этих требований стандарта у банков могут возникнуть серьезные проблемы. Я постараюсь рассказать о том, как можно облегчить процесс перехода на МСФО 9 в этом контексте.

По сути, речь идет о многоэтапном процессе, базовыми частями которого являются сбор данных и определение дефолта, выявление драйвера дефолта и оценка степени его влияния на величину возможного убытка. И, наконец, сама оценка вероятности дефолта на протяжении всего срока жизни актива. Я остановлюсь вкратце на каждом этапе. 

Самое сложное для банка, как показывает практика, – это сбор данных. Если с определением, что такое дефолт, все более или менее понятно, то вот со сбором исторических данных как раз возникают проблемы. Чтобы построить модель, надо перебрать огромное количество документации, поскольку предусматривается анализ данных как минимум за последние пять лет. И вот тут возникают вопросы к хранению информации, к тому, на каких носителях имеются данные, к их унификации и т.д. При взаимодействии с банками мы сталкивались с курьезными моментами, когда данные о заемщике изначально были внесены некорректно, и в результате получалось, что кредит был выдан четырехлетней девочке или девяностолетнему старику, что, как вы понимаете, совершенно невозможно. 
Важным моментом является и информация о заемщиках. Здесь нет единого для всех банков правила, кто-то собирает один пакет документов, кто-то другой. И все это, как я уже сказал, придется просматривать, что сулит даже тем финансово-кредитным организациям, которые всегда тщательно относились к сбору и хранению данных, немало трудовых и временных затрат. 

Стоит отметить, что очень важно выбирать правильный статистический метод для последующего выстраивания модели. От того, насколько он будет подходящим, во многом зависит и правильность выстроенной модели, и то, как будут относиться к этим моделям аудиторы. 

Итак, модель выстроена. Естественно, что вы тестируете ее на некоей выборке и корректируете. Это творческий процесс. Пока вы не получаете нечто достойное, вы не останавливаетесь. Некоторая гибкость, которую предусматривает стандарт при выборе параметров и статистических методов, с одной стороны, облегчает вам работу, а с другой, создает ситуацию, когда вариантов модели может получиться слишком много. Сразу надо понимать, что разброс между моделями по параметру увеличения резервов не может быть слишком большим. Иными словами, не должна возникать ситуация, при которой по одной модели вы должны увеличить резервы на 5%, а по другой – на 40%. Если такая существенная разница возникает, значит, какая-то из моделей выстроена неправильно, а возможно, и обе. Если у вас модель построена, работает и у нее высокая предсказательная точность, то ее можно отдавать аудиторам, бухгалтерам, которые на ее основании рассчитывают две базовые цифры, ради которых все это и делалось. Это вероятность дефолта в течение 12 месяцев жизни кредита и на протяжении всего срока жизни кредита. 

С учетом того, что я сказал, становится очевидным, что у нас банки при переходе на новый стандарт отчетности окажутся в неравном положении. Скорее всего, довольно быстро выделится группа «счастливых банков» – тех, у которых хорошо выстроены скоринговые модели. Я думаю, что никто не удивится тому, что эта группа будет включать в себя преимущественно крупные финансово-кредитные организации. Малые и средние банки в силу очевидных причин такими моделями не обладают и делают расчет резервов на довольно простой и понятной парадигме вероятности убытков. Для них выстраивание моделей, предусмотренных в новом стандарте, априори будет делом сложным. И тут мы бы посоветовали им использовать рыночную статистику. Вопрос только в том, где ее достать и в качестве этой статистики.

Перейдем к самой важной части. В чем, на мой взгляд, главная проблема с переходом на МСФО 9? В том, что этот стандарт требует выделить такое понятие, как вероятность дефолта. И 
в том, чтобы при расчете этой вероятности учитывались не только исторические, но и прогнозные данные. Зачем это делается? Затем, чтобы банки видели, например, периоды сокращения экономики либо возникновения неких стрессовых событий и резервировались под них заранее. Скажем, мы располагаем прогнозами, что экономика в следующем году уйдет в состояние рецессии. Это должно напрямую отражаться на величине резервов, которые мы как банк формируем, потому что с учетом этих прогнозов повышается величина вероятности дефолта по тому или иному финансовому инструменту или кредиту. Плюс к этому должны учитываться и отраслевые факторы, и индивидуальные особенности того или иного заемщика. Жестких требований, как это делать, стандарт не содержит, поэтому в данном вопросе мы рекомендовали бы банкам руководствоваться, в первую очередь, здравым смыслом и имеющимся у них опытом.

М. ДЕЕВ: Я согласен с коллегой. Если посмотреть на отклики банков, которые так или иначе уже начали процесс перехода на новый стандарт, то можно убедиться, что крупные игроки чаще всего жалуются на сложность процесса, на то, что нужно использовать слишком много данных для выстраивания моделей, но они практически никогда не говорят о том, что у них в принципе нет необходимых данных. По малым и средним банкам картина иная. У них как раз главные трудности возникают и будут возникать с отсутствием статистики. Мы рассматриваем возможность создать своего рода пул региональных банков и на основании собранных у них данных, естественно, на условиях обезличивания кредитных портфелей разработать статистическую базу. Участники пула могли бы впоследствии пользоваться этими наработками для выстраивания моделей в рамках стандарта МСФО 9. 

А. ИВАНОВ: Завершая наш круглый стол, я повторю то, о чем мы неоднократно уже сказали и здесь, и на других площадках, и в рамках различных своих публикаций. Процесс перехода на новый стандарт не может быть совершен в одиночку тем или иным отделом или департаментом. Банкам предстоит очень масштабная работа, и ее успех будет зависеть в том числе и от того, насколько эффективной является модель управления в них и схема взаимодействия между различными банковскими подразделениями. Если одно из этих условий не выполняется, то слишком большим становится риск ошибки. И, конечно же, неизбежно будет востребованной помощь профессиональных консультантов и аудиторов. Со своей стороны, наша компания «Бейкер Тилли Россия» готова оказывать такую поддержку банкам, опираясь не только на теоретическую проработку стандарта МСФО 9, но и на практический опыт партнерства с банками в других странах, например в бывших республиках СССР. Понятно, что в каждом таком случае имеет место своя специфика, как региональная, так и отраслевая, а также национальная, но при этом есть базовые вещи и единые для всех вызовы и проблемы, с которыми сталкиваются банки, независимо от того, в какой стране они работают и какая там действует система регулирования и надзора.

Источник: Национальный Банковский Журнал (NBJ)